Home Журнал «Солдат удачи» Солдат удачи №009 БЕСПРИЦЕЛЬНАЯ СТРЕЛЬБА НЕ ДАЕТ ПРЕИМУЩЕСТВ

Авторизация



БЕСПРИЦЕЛЬНАЯ СТРЕЛЬБА НЕ ДАЕТ ПРЕИМУЩЕСТВ PDF Печать E-mail
Автор: Билл Буррис   
24.06.2011 09:51

Многие из утверждений, содержащихся в статье об «инстинктивной» стрельбе из пистолета (револьвера), противоречат моему опыту. Критикуя организацию огневой подготовки в системе правоохранительных органов на современном этапе, автор заявляет, что результатом явилось увеличение числа убитых и раненых полицейских, а не увеличение числа убитых преступников. На самом деле число убитых полицейских в последние годы устойчиво уменьшается, и не потому, что в нашем обществе становится меньше насилия, — скорее это является следствием совершенствования тактики, подготовки и защитного снаряжения.

Профессиональным инструкторам по огневой подготовке сотрудников правоохранительных органов важно помнить о том, что мы не ставим во главу угла такие вопросы, как, например, соотношение числа убитых полицейских и преступников. Задача профессионального сотрудника правоохранительных органов в огневом бою заключается в том, чтобы положить конец перестрелке посредством скорейшего вывода из строя противника с помощью средств, которые не обязательно влекут смерть правонарушителя.

Короче, когда ваш противник свалится и не сможет в дальнейшем оказывать сопротивление, вы победили.

Не соответствует действительности также утверждение автора рецензируемой статьи о том, что в большинстве как крупных, так и мелких формирований правоохранительных органов огневая подготовка по-прежнему строится исключительно на принципе обучения прицельной стрельбе из пистолета (револьвера), удерживаемого двумя руками. В большинстве отделов полиции и стрелковых школ, с которыми я знаком, много внимания уделяется обучению стрельбе из пистолета (револьвера), удерживаемого одной рукой, причем как правой, так и левой.

Это делается в интересах развития у обучаемых способности к продолжению огневого боя в случае частичного вывода из строя, а также для того, чтобы повысить уровень подготовленности стрелков. Стрелок, который овладел способностью самоконтроля для ведения точного прицельного огня из пистолета (револьвера), удерживаемого одной рукой, обыкновенно легко приспосабливается к стрельбе с использованием обеих рук.

 

Автор указывает, что во многих случаях в светлое время суток ближний огневой бой заканчивается менее чем за 3 секунды, прежде, чем сотрудник правоохранительных органов успеет сделать хотя бы один прицельный выстрел. Постулат о том, что невозможно вытащить личное оружие из кобуры и сделать прицельный выстрел за 3 секунды или менее, является неверным. Я обычным порядком обучаю 50 - 60-летних гражданских людей именно прицельной стрельбе по движущейся мишени, когда на производство одного выстрела затрачивается менее 3 секунд.

Большинство инструкторов по огневой подготовке, с которыми мне приходится общаться, являются сторонниками прицельной стрельбы, когда только возможно, а невозможно это, пожалуй, лишь в единственном случае, когда противник находится настолько близко от вас, что поднятие оружия до уровня глаз может повлечь за собой утрату владения оружием, переход его под контроль противника. На такой случай мы обучаем стрелков технике выхватывания из кобуры оружия так, чтобы им не смог завладеть противник, как первоначальному шагу для достижения победы над противником, который находится в непосредственном контакте с вами.

После того, как вы достали оружие, следует, если это возможно, отступить назад или в сторону, продолжая при этом вести (теперь уже прицельный) огонь.

Критическим фактором при решении вопроса о выборе способа бесприцельной стрельбы является расстояние, отделяющее вас от противника.

Если только это расстояние больше двойной длины вытянутой руки, вам лучше вести прицельный огонь. Автор рецензируемой статьи приводит статистические данные о числе убитых сотрудников Федерального бюро расследований США, из которых следует, что более половины убитых сотрудников находились на расстоянии 5 футов (1,5 м) от преступников. Ведение огневого боя при нахождении в непосредственном контакте с противником — это проблема, заслуживающая большего внимания к себе в большинстве формирований правоохранительных органов. В последние несколько лет мы настойчиво призываем обратить должное внимание на эту проблему.

Когда я пришел служить в правоохранительные органы, «инстинктивная» стрельба была в моде. Мы давали обучаемым значительную по объему подготовку в такой стрельбе. Но один печальный инцидент, в котором человек с охотничьим ружьем прятался в чулане, доказал мне весьма убедительно, что «инстинктивная» стрельба может вас подвести на очень близком расстоянии — даже на 6 футах (1,8 м).

Постоянные тренировки в стрельбе с использованием прицельных приспособлений способствуют развитию рефлекторной памяти, что позволяет получить «мгновенную картинку прицела»; когда вы поднимаете оружие до уровня глаз, то достигаете прицельной стрельбы даже тогда, когда сознательно не целитесь. Это становится возможным потому, что вы не вводите в заблуждение ваши рефлексы, практикуя бесприцельную стрельбу на расстояниях, превышающих двойную длину вытянутой руки.

Автор рецензируемой статьи заявляет, что «в некоторых полицейских управлениях и отделах... строги правила, регулирующие применение личного оружия, что сотрудники могут испытывать сомнения относительно правомочности применения своего оружия на поражение, даже тогда, когда их жизни угрожает опасность». Сотрудники правоохранительных органов опасаются открывать огонь на поражение не из-за строгости ведомственных правил, а скорее из-за того «прогона сквозь строй», которому общество подвергает их всякий раз после случая со стрельбой.

В течение года после такого случая сотрудник правоохранительных органов мучается вопросами: «Не уволят ли меня из органов?», «Не будут ли меня преследовать в судебном порядке? (Ответ — «Да»), «Не предъявят пи мне уголовное обвинение политический деятель или прокурор?», «Не будет ли федеральное правительство меня преследовать за нарушение гражданских прав?», «Не сделают ли меня банкротом и не лишат ли меня свободы?», «Не потеряю ли я свою семью?», «Не кончена ли моя жизнь?»

Добавьте к этому тот факт, что большинство сотрудников правоохранительных органов не стремятся отнять человеческую жизнь просто так, и вы получите некоторое представление о тех весьма реальных тревогах, которые одолевают нас всякий раз, когда мы думаем о последствиях открытия огня на поражение.

Даже с учетом того, что наши сотрудники весьма полно осведомлены о всех этих тонкостях, мы снова и снова подчеркиваем одно и тоже: есть кое-что и похуже, чем все это — вероятность погибнуть. Нам не приходилось отмечать каких-либо колебаний при принятии решения о применении огнестрельного оружия на поражение, когда это было необходимо.

Что касается реальной проблемы «маленьких рук», которую затрагивает автор рецензируемой статьи, то, на мой взгляд, есть только два удовлетворительных пути ее решения. Прежде всего можно рекомендовать использование стойки Изоселеса, которая позволяет даже маленьким рукам так охватить рукоятку пистолета (револьвера), что указательный палец будет иметь достаточную площадь контакта со спусковым крючком для того, чтобы устойчиво давить на него до момента выстрела. Небольшие руки и весьма развитая мускулатура верхней части корпуса — вот два условия, объективно способствующие стойке Изоселеса.

Другое, более удовлетворительное решение — выбирать такое личное оружие, которое будет удобно лежать в руке своего владельца. Данная концепция зачастую пугает бюрократический менталитет. Сотрудникам правоохранительных органов следовало бы разрешить приобретать для себя личное оружие, руководствуясь перечнем пистолетов (револьверов), которые признаны приемлемыми для правоохранительных органов.

Существует на удивление широкий круг проблем, которые необходимо решать инструкторам по огневой подготовке сотрудников правоохранительных органов. Некоторые из них обусловлены распоряжениями судебных властей, как, например, в деле «Попов против города Маргейт». Суд постановил, что полицейские должны тренироваться в стрельбе более двух раз в год; что обучение должно включать вопросы действующего законодательства и принятия решения о применении огнестрельного оружия на поражение; что следует научить полицейских дифференцировать цели, по которым можно и нельзя открывать огонь, а также обучить их стрельбе по движущейся цели и стрельбе в темное время суток. Успех в достижении поставленных целей, равно как и других, зависит от способностей инструктора и времени, которое выделяет на огневую подготовку руководство управления (отдела) полиции.

В заключительной части рецензируемой статьи автор пишет о том, что существуют «сильные настроения... против того, чтобы специально готовить кого бы то ни было к применению пистолета на поражение». Это далеко не согласуется с моим опытом инструктора по огневой подготовке. Мы осуществляем подготовку стрелков, руководствуясь четко сформулированной задачей: подготовить сотрудника правоохранительных органов к следующему огневому бою. Все стрелковые тренировки (в том числе простые зачетные стрельбы) в обязательном порядке предусматривают использование соответствующих приемов ведения огневого боя. Мы никогда не довольствуемся простой стрельбой по бумажной мишени; мы отрабатываем огневой бой. Таков, как мне представляется, общераспространенный подход к проблеме обучения стрелков среди инструкторов по огневой подготовке.

Билл Буррис — главный инструктор по огневой подготовке в отделе сельской полиции округа Пирс, штат Вашингтон, где работают примерно 600 полицейских; также президент Ассоциации инструкторов по огневой подготовке штата Вашингтон и основатель компании «Дельта Интернешнл», занимающейся стрелковой подготовкой.

 
 
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика